Главная | Мой профиль | Регистрация | Выход | Вход | RSSСреда, 30.11.2022, 04:25


Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Бальмонт и Шуя

С именем поэта в самой Шуе связано ещё одно замечательное место - бывшая Шуйская мужская Наследника Цесаревича Алексея гимназия на Миллионной улице

(ныне школа № 2, носящая имя поэта), в которой Константин Бальмонт учился, но был отчислен за принадлежность к нелегальному кружку.

Одаренный юноша, выучивший самостоятельно 15 иностранных языков и ставший признанным переводчиком, так и не получил диплома об образовании. Позже он учился в ярославском Демидовском лицее и Московском университете, но отовсюду его исключали за вольнодумие.

В 1876 году Константин Бальмонт, сдав на «четвёрки» экзамены, поступает в прогимназию, а затем учится в мужской классической гимназии до 1884 года. В первых двух классах он учился легко и успешно, был лучшим учеником и уже в половине года, вопреки всем законам, ему была выдана похвальная грамота. Затем всё хуже, в третьем остался на второй год. Причин было, наверное, несколько. В романе «Под Новым Серпом» Бальмонт пишет о своём герое: «То, чему его учили, было ему неинтересно <…>, и отец был почти всегда далеко, в деревне, а мать, поглощённая городской жизнью, её развлечениями и делами, стала рассеянной с детьми, и попадавшиеся под руку книги были гораздо любопытнее, чем то, чему учили в гимназии…»

В городе действительно была очень богатая публичная земская библиотека. Здесь Бальмонт знакомится с зарубежной классикой. Свободно владея французским, он за три месяца изучает немецкий язык, чтобы читать в подлиннике любимых немецких авторов. Его девизом становятся строки из «Фауста» Гёте: «Всё выше я должен всходить, всё дальше я должен смотреть». Всё выше и выше – за солнцем, источником света, жизненной и творческой энергии:

Я мечтою ловил уходящие тени,
Уходящие тени погасавшего дня,
Я на башню всходил, и дрожали ступени,
И дрожали ступени под ногой у меня.

И чем выше я шел, тем ясней рисовались,
Тем ясней рисовались очертанья вдали,
И какие-то звуки вдали раздавались,
Вкруг меня раздавались от Небес и Земли.

Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,
Тем светлее сверкали выси дремлющих гор,
И сияньем прощальным как будто ласкали,
Словно нежно ласкали отуманенный взор,

И внизу подо мною уже ночь наступила,
Уже ночь наступила для уснувшей Земли,
Для меня же блистало дневное светило,
Огневое светило догорало вдали.

Я узнал, как ловить уходящие тени,
Уходящие тени погасавшего дня,
И все выше я шел, и дрожали ступени,
И дрожали ступени под ногой у меня.

1876 - 1884 гг.- это и есть основной шуйский период жизни поэта (приблизительно восемь лет). Затем Бальмонт покидает Шую для продолжения учения и возвращается сюда «не по собственному желанию»: как организатор протестов среди студентов Московского университета, он в ноябре 1887 года был выслан на родину под негласный надзор полиции и прожил в Шуе до осени следующего года, т. е. ещё год.

Жизнь в Шуе – это период отрочества и ранней юности – с десяти до восемнадцати лет, т. е. период самых ярких и памятных впечатлений, которые человек проносит через всю жизнь, к которым обращается в тяжёлые моменты и находит в них отдохновение для души. Впечатления данного периода жизни Бальмонта отражены в стихотворении «Дрёма», написанном в 1929 г.

В первых двух строфах стихотворения Бальмонт поведал читателю о своей любви к путешествиям, которые были возможны «в светлый час», затем поэт называет «зелёный Капбретон», город во Франции, который полюбил за то, что природа этих мест напоминала ему природу родины. Не случайно в деревенской тишине городка лирическому герою «русский снится сон». В центральной части стихотворения – сне – мы переносимся в Россию, в окающее междуречье «Оки и Клязьмы», то есть в милую сердцу Бальмонта Владимирскую губернию. Конкретное место действия пока не указано, лишь назывное предложение «Вот базар» даёт начало широкошумной картине ярмарочного дня.

Целый день шумела ярмарка, но «вот базар стозвучный стих». Впервые даётся точное указание, где же на самом деле происходят события дня:

Умолкла Шуя тароватая.
Но длится мой прозрачный сон,
И чую в воздухе заката я,
Как ласков колокольный звон.

Над этой щедрой и горячо любимой землёй плывёт колокольный звон, который далеко слышен окрест. И уж тем более его было слышно на соседней с собором улице, где расположен дом Бальмонтов.

Таким образом, стихотворение «Дрёма» – это признание поэта, позволяющее нам не только лучше понять истоки его творчества, но и лучше узнать историю родного для поэта и для нас города.

Мир же вокруг был не только прекрасен, но и суров. Фабричный город Шуя и соседний Иваново-Вознесенск притягивали к себе тысячи рабочих из местных жителей и соседних деревень.

...Но видал я с детских лет
В окнах фабрик поздний свет, -
Он в уме оставил след, -
Этот след я не сотру...
- пишет Бальмонт.

Гимназистом шестого класса (в 1883 году) Бальмонт становится членом оппозиционного кружка, который возглавлял смотритель Шуйской земской больницы Предтеченский. Когда весной 1884 года деятельность кружка была раскрыта, Предтеченский и ещѐ несколько человек арестованы, пятерых гимназистов, в том числе и Бальмонта, из гимназии исключили. Хлопотами матери удалось пределить Константина в гимназию города Владимира, которую он и закончил в 1886 году, всѐ время находясь под надзором гимназического начальства.

В Шую Бальмонт вернётся весной 1917 г., с радостью встретив Февральскую революцию. В марте приехал он в родные края, был в Иваново-Вознесенске и Шуе. В ночь с 13 на 14 марта 1917 года написал в Иваново-Вознесенске «Вольный стих», подзаголовок — «К Иваново-Вознесенским рабочим».

Сохранился номер газеты «Шуйские известия» за 5 мая 1917 года, в котором помещен отчет «о вечере поэзии К.Д. Бальмонта 17 марта 1917 г.» Это был благотворительный вечер, весь доход от которого поэт передал устроителям, добавив своих личных семнадцать рублей. Устроители же вырученные 313 рублей разделили между публичной библиотекой, клубом рабочих и польским комитетом.

В этот свой весенний приезд в Шую Бальмонт посетил и гимназию. Учителя и ученики собрались в актовом зале. Поэт вспомнил свои гимназические годы, с благодарностью говорил о своем преподавателе М.В. Сперанском, сказав, что ему он обязан выработкой своего стиля.

Октябрьскую революцию 1917 года Константин Бальмонт не принял ни сердцем, ни умом. В 1920 году он оформил себе командировку за границу на один год. Уехал из России вместе с семьей – как оказалось, навсегда. «Я уехал на полгода и не вернулся <...> Но нет дня, когда бы я не тосковал о России, нет часа, когда бы я не порывался вернуться. Там, в родных местах, так же, как в моем детстве и юности, цветут купавы на болотных затонах, и шуршат камыши, сделавшие меня своим шелестом, своим вещим шепотом тем поэтом, которым я стал, которым я был, которым я буду, которым я умру».

Прости меня, прости. Цветы дышали пряно.
Я позабыл совсем, что где-то бьется боль,
Что где-то сумерки и саваны тумана.
Меня, счастливого, быть грустным не неволь.

Я с детства был всегда среди цветов душистых.
Впервые вышел я на утренний балкон,
Была акация в расцветах золотистых,
От пчел и от шмелей стоял веселый звон.

Сирень лазурная светила мне направо,
Сирени белой мне сиял налево куст.
Как хороши цветы! В них райская есть слава!
И запах ландышей – медвян, певуч и густ.

В нем ум, безумствуя, живет одним виденьем.
И ветер в камышах мне звонкой пел струной.
Жукам, и мотылькам, и птицам, и растеньям
Я предал детский дух, был кроток мир со мной.

Каким я в детстве был, так буду в дни седые.
Фиалка – мой рассвет, мой полдень – пламя роз,
Послеполуденье – нарциссы золотые,
Мой вечер, ночь моя, сверкайте в играх гроз.

Пусть все мои цветы, - о, мать моя святая,
Россия скорбная, - горят мне на пути.
Я с детства их люблю. И, их в венок сплетая,
Их отдаю тебе. А ты меня прости!

И как убеждённо звучат и сейчас слова Бальмонта: «И когда мне говорят мои близкие и мои друзья, что той России, которую я люблю, которую я целую жизнь любил, все равно сейчас нет, мне эти слова не кажутся убедительными. Россия всегда есть Россия, независимо от того, какое в ней правительство, независимо от того, что в ней делается, и какое историческое бедствие или заблуждение получило на время верх и неограниченное господство. Я поэт. Я не связан. Я полон беспредельной любви к миру и к моей матери, которая называется Россия».

Так объёмно, полно и сложно ощущал поэт своё родство с миром: от усадьбы Гумнищи Шуйского района – до просторов России – Земли – Вселенной, поскольку духовное бытие человека безгранично и вечно:

Высокий подвиг
Судьбой загадан
Всем тем, чьи корни
В земле немой:
Извеять к Солнцу
Свой синий ладан,
Молитвой к Небу
Идти домой...

На могиле Бальмонта в Нуази ле Гран краткая надпись по-французски: «Константин Бальмонт. Русский поэт».

< Назад Далее >
Поиск
Форма входа
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 27
Друзья сайта
  • Константин Бальмонт. Сайт исследователей жизни и творчества
  • Бальмонт Константин Дмитриевич
  • Шуя. Старые фотографии
  • Якиманна
  • По бальмонтовским местам
  • Музей им. К.Д. Бальмонта

  • Copyright MyCorp © 2022
    Бесплатный хостинг uCoz